Кризис создаёт предпринимателя — Паша Хегай о долгах в 35 млн, нетворкинге и балансе в бизнесе

[00:00] Серийный предприниматель, это тот, кто прошёл через кризис. Глубина этого кризиса показывает, каким предпринимателем ты станешь в будущем: в зависимости от того, какие решения ты примешь в этом кризисе, будет зависеть вся твоя карьера предпринимателя дальше. Если ты сейчас сдашься, решишь не платить долги, попытаешься убежать от этого, то и следующий свой бизнес ты будешь делать так же. Кризис, это всегда время и всегда возможность трансформироваться, переосмыслить и прожить опыт, который позволит выйти на новый уровень.

[00:50] Сергей: Итак, ребята, всем привет. Добро пожаловать на подкаст No Bullsh!t, бизнес без прикрас, на котором мы говорим о реальном бизнесе и о тернистом и непростом пути в его строительстве. Сегодня с нами Паша Хегай, предприниматель, эксперт по нетворкингу и фаундер одного из самых больших русскоязычных бизнес-сообществ, Heg.ai. Паш, вот сегодня очень хотелось бы поговорить с тобой прежде всего о каких-то сложных периодах твоей жизни, которые позволили тебе трансформироваться, перестроиться и стать чем-то большим, выйти на новые высоты. И как ты этот период проживал, какие выводы сделал, как это помогло тебе в будущем. Ну и конечно же очень хочется поговорить также про нетворкинг [01:37] и, естественно, про сообщество, которое я считаю одним из лучших русскоязычных сообществ вообще. Поэтому было бы очень интересно послушать про твой опыт и про твою главную экспертность. Паша, слово передаю тебе.

Паша: Серёг, спасибо большое, что пригласил на подкаст. Надеюсь, что смогу поделиться сегодня своим опытом и рефлексией, мне кажется, это одна из моих ключевых и любимых компетенций. С радостью поделюсь своим опытом. И я сразу первый тезис закину в обсуждение: я как-то думал о том, кто такой серийный предприниматель, и для себя сформулировал определение, что это человек, прошедший через кризис. Причём через кризис обычно проходит первый [02:26] бизнес, он всегда самый жёсткий: у тебя есть куча паттернов, когда ты первый раз, ты делаешь кучу стандартных ошибок, ты эмоционально привязан к бизнесу, это всегда больно. Но глубина этого кризиса показывает, каким предпринимателем ты станешь в будущем: пройдёшь ли ты его успешно, сможешь ли преодолеть все сложности и разрулить проблемы. И мой кейс как раз про то, что мой первый кризис был очень тяжёлым, и мы с командой смогли его преодолеть. Наверное, он стал ключевым в моей дальнейшей карьере предпринимателя. Для тех слушателей, которые начинают свой стартап, проект или бизнес, точно стоит обратить внимание на то, как Пушкин говорил: береги [03:13] честь смолоду. В общем, задумывайся, какие ты решения принимаешь, потому что их влияние окажет стратегическое значение на твою жизнь. Если ты сегодня думаешь, что можешь кого-то кинуть, поступить неэтично, это так или иначе скажется на будущих проектах, просто потому что появится самооценка и знание о себе, что ты так поступаешь, а попасть потом в ту же самую историю очень легко. В общем, закину тебе сразу этот тезис, мне кажется, он очень важен для начинающих предпринимателей.

Говоря про мой первый и самый большой кризис, это точно был мой первый стартап, который мы делали в России, купонный сервис. Мы стартанули в 2010 году. Это был купонный сервис по аналогии с Groupon, мы были одними из первых, кто эту бизнес-модель скопировал с Groupon в России, и вместе [04:03] с другими конкурентами создавали рынок, пробивали лёд с поставщиками услуг, которые предоставляли скидки, мы их размещали, делали акции на сайте. И поскольку мы делали стартап впервые, мы не разбирались в фандрайзинге, не разбирались в том, как правильно вести отчётность компании, делали очень много стандартных ошибок. В какой-то момент, спустя два года, это привело к кризису из-за того, что рынок начал схлопываться: много денег ушло в маркетинг, появилось очень большое семантическое ядро запросов в Google и в Яндексе на купоны на скидку на маникюр, и появились специальные [04:52] агрегаторы типа Купонатора, которые собирали весь этот трафик и перераспределяли его на купонные сервисы второго эшелона. Соответственно, как только у крупных игроков прекратились инвестиции, рынок для маленьких игроков резко схлопнулся, в том числе в регионах, потому что купонные сервисы становились федеральными компаниями. Мы пытались привлечь инвестиции: ребята из одного банка предложили нам 3 миллиона долларов инвестиций, но сказали, давайте миллион отправим кредитом, если выполните метрики сверху, потом конвертируем долг в equity, в акции, это называется bridge-финансирование. И этот bridge одновременно произошёл со [05:39] схлопыванием рынка, и мы не смогли выполнить метрики. Более того, у предпринимателя, особенно когда он делает это впервые, да и вообще у команды бывает такой режим, я называю его режимом развития, в котором сложно поверить, что нужно сокращаться, и предприниматель, в том числе я, теряет адекватность, начинает, как в казино, заносить, заносить, заносить. Мы начали финансироваться из нашей выручки, то есть у нас задерживались деньги поставщиков, которые мы должны были отправлять за купоны. Мы заняли у них несколько миллионов, потом ещё миллионов семь пошли занимать потребкредитами на всех фаундеров, то есть моя кредитная история после этого оставляет желать лучшего. В какой-то момент нам перестали выдавать даже потребкредиты, и мы поняли, что [06:28] нужно пересчитать долги. Я помню, была у нас огромная Excel-таблица строк на шестьдесят, где были расписаны все аннуитетные платежи по всем кредитам, вообще всё разбито. И я насчитал, что мы должны всем нашим кредиторам порядка 35 миллионов рублей, при этом одному только банку полмиллиона долларов, это было 15 миллионов рублей, которые мы должны с личным поручительством. У этого банка ещё была такая репутация, что они сотрудничали с коллекторами, то есть мы понимали, что есть физические риски и потенциально какие-то уголовные дела. И вот в этом кризисе, мне кажется, случилось вообще всё, что могло случиться: мы за неделю уволили 150 человек, большинству из них мы не выплатили последнюю зарплату, и многие из [07:16] них пошли писать заявления в прокуратуру. Хотя это были люди, чью карьеру мы растили несколько лет, с которыми дружили, это был большой удар по вере в людей. Мы потеряли ресурс, поставщикам стали платить с задержками, кому-то не заплатили вообще. Кто-то нас простил и списал эти долги, кто-то давил и грозил. Конечно, мы платили. Одновременно с этим я развёлся, потому что был очень толстым и нездоровым предпринимателем, и одновременно у мамы обнаружили рак. В общем, я засыпал ночью, немного плакал, мне казалось, что сегодня худший [08:04] день в моей жизни, а на следующий день я засыпал и плакал чуть больше, потому что мне казалось, что этот день был ещё хуже. И вот таким образом я проживал недели и месяцы своей жизни, пока что-то не начало меняться в голове: в частности, мне кажется, у меня ушла корона с головы, и мнение о том, что я самый умный в комнате, заменилось другим тезисом, моим любимым на сегодня: тот человек, у которого денег больше, чем у меня, умнее меня. То есть если у меня долгов на 10 миллионов рублей, пропорционально на трёх партнёров, а у Серёжи, допустим, сто рублей в кошельке, это немного, но это больше, чем у [08:51] меня, потому что у меня минус 10 миллионов рублей. И второй тезис, который мне тоже помог создать сообщество: если человек умнее меня, мне нужно спросить у него совет, что мне делать. Мы тогда, например, пошли к родителям, хотя нам казалось, что родители не стартаперы, они все из офлайн-бизнеса, никогда не поднимали инвестиции, не умели масштабировать компании, и нам казалось, что их мнение нерелевантно. Но, во-первых, они всё-таки заняли нам немного денег, сколько смогли, миллион рублей, во-вторых, мы начали с ними советоваться. И папа, например, тогда сказал мне одну из важнейших вещей, которую я с тех пор [09:39] запомнил: он сказал, что в зависимости от того, какие решения я приму в этом кризисе, будет зависеть вся моя карьера предпринимателя дальше. Если ты сейчас сдашься, например, решишь не платить долги, уедешь из страны, то и следующий свой бизнес ты будешь делать так же, ты будешь знать, что в любой момент можешь свалить, и твоя самооценка будет низкой. А если, наоборот, ты скажешь, что будешь биться до последнего, и у тебя получится, то любой другой кризис ты будешь воспринимать так же, что справишься с ним, что у тебя есть достаточно сил, опыта и знания о себе, что ты можешь это сделать.

Когда он это говорил, это не казалось чем-то очевидным. Когда мы разрулили ситуацию за четыре года. [10:26] Сейчас я могу сказать: у нас какой-то кризис, кассовый разрыв, надо пойти что-то занять, но я абсолютно спокойно иду и делаю это, потому что знаю: во-первых, в ту ситуацию, в которой я был, я точно уже не попаду, я чему-то научился, и у меня есть даже татуировки на эту тему, которые я люблю. А во-вторых, кризис, это всегда время и возможность трансформироваться для предпринимателя, переосмыслить и прожить опыт, который позволит ему выйти на новый уровень. И я считаю, что дальше у предпринимателя тоже бывают кризисы, [11:15] предприниматель живёт от кризиса к кризису, но первый кризис создаёт его: становление предпринимателя происходит через его первый кризис, и от того, как он его пройдёт, многое зависит. В общем, этот вывод, наверное, подойдёт не всем, но для меня он сработал, и какое-то количество предпринимателей, которых я консультирую, в целом соглашаются со мной, что это резонирует.

Сергей: Паш, а расскажи, пожалуйста, вот как этот период, безумный, сложный, депрессивный, ты смог пройти. Как ты вышел из этого момента, когда каждый день ты думаешь, что это самый худший день в жизни, это всё продолжается, кажется, что нет [12:02] какого-то решения этой проблемы. Вот как ты с этим справился, что было катализатором, что помогло, учитывая, что у тебя там и личное наслоилось, и здоровье, и всё вместе?

Паша: Мне кажется, что самому решить эту проблему невозможно. Почему? Потому что в стартапе, где есть два или три кофаундера, я думаю, это связано с тем, что когда наступает кризис, к которому привёл один из кофаундеров, который был CEO, то, находясь на его уровне мышления, из этого кризиса выйти нельзя. И то, что произошло у нас: я просто сложил руки и стал пассажиром на несколько месяцев, в течение которых два моих партнёра начали рулить. Они увольняли людей, они договаривались с поставщиками о [12:49] рассрочке платежей, целая стопка гарантийных писем лежала. Они вели бизнес так, как я бы никогда не смог, потому что это было, знаешь, как стрелять себе в колено, единственно правильное решение для того, чтобы сохранить тонущий кораблик на плаву. И несколько месяцев я фрустрировал из-за того, что парни, что называется, надевали пиджак, закрывались в комнате, поднимали телефон и делали грязную работу, а я, как вдохновляющий фаундер, который подхватывал людей, был не при делах. Мы поменялись ролями: тот, кто был пассажиром до этого, не понимал, что я делаю, что за [13:36] стратег роста, как это вообще работает, а теперь он взял на себя роль лидера и принял множество сложных решений. И уже потом, попадая в другую стадию развития, мы начали разворачивать бизнес снова в стратегию роста, начали покупать конкурентов из прибыли. Такой менеджмент случился, потому что мы поняли, что научились оптимизировать затраты настолько, что готовы даже купить конкурента и с той прибыли, которую дополнительно получим от его бизнеса, выплатить ему ещё годовую выручку, чтобы он сделал exit. Так мы купили 11 конкурентов, где-то за 3 миллиона долларов в течение ещё четырёх лет, без инвестиций, всё это делали из своей текущей разваливающейся машины. И уже в стратегии роста я снова взял на себя роль CEO и [14:25] довёл компанию до определённых результатов, мы выросли в три раза, в три раза сократили персонал, то есть мы стали генерить выручку в три раза больше при в три раза меньшем количестве сотрудников, повысили эффективность на порядок. И мы дальше уже с партнёрами по-другому перераспределяли роли. Мой рецепт, наверное, такой: входить в стартап, особенно если ты предприниматель первого поколения, стоит с теми, кто взаимно дополняет тебя, и в случае, когда нужно кардинально менять стратегию развития, например уходить в сокращение затрат, вы можете меняться ролями. Это супердискомфортно, но если ты можешь положить корону со своего эго на стол и [15:14] честно сказать, что я облажался, это помогает принимать здравые решения для бизнеса и трансформировать его на те рельсы, которые позволят ему продвинуться дальше. Это было первой ключевой причиной, почему нам удалось пережить самый сложный период. А дальше, за счёт какой-то определённой гибкости и включённости в тестирование новых бизнес-моделей, мы нащупали гипотезу, которая позволила нам ещё и вырасти, и в конечном итоге продать этот бизнес, так же как мы покупали конкурентов, в рассрочку.

Сергей: Очень круто, Паш, спасибо, что поделился, мне кажется, это очень релевантно. [16:02] Ты абсолютно прав, что в Америке в целом принято иметь партнёра с дополняющими компетенциями, а у нас это не очень принято, и не всегда понятно, как искать этого партнёра, какими компетенциями он должен обладать. Потому что нам проще, знаешь, стартовать с другом, который такой же, как мы, такой же зажигательный, классный, но это очень плохая стратегия, по крайней мере по моему опыту, она плохо заканчивалась, потому что мы плюс-минус одинаковые функции закрывали и тем самым мешали друг другу. А по факту надо искать противоположного человека, который другие функции закрывает. Может быть, есть какие-то подсказки, лайфхаки на основании твоего опыта, плюс у тебя ещё огромный опыт консалтинга, с точки зрения поиска правильных партнёров? И, кстати, где их искать, тоже классный вопрос.

Паша: Слушай, ну то, что я порефлексировал, [16:51] это уже почти теоретический шаблон для меня. Если мы говорим о первом бизнесе, в котором у тебя нет всех необходимых компетенций, тебе нужны кофаундеры. Моё предположение следующего порядка: когда ты делаешь второй или третий бизнес, если ты за 3-5 лет обрёл все компетенции, необходимые для создания бизнеса, может быть, тебе не нужны кофаундеры с взаимодополняющими компетенциями, может быть, тебе нужны младшие партнёры, партнёр с какой-то сильной технологической компетенцией, которая тебе нужна, то есть ты уже более гибок в поиске. Когда делаешь бизнес впервые, у меня есть простой фрейм: есть три классические роли, иногда в Y Combinator говорят: хакер, хастлер и флейр. Мне нравится комбинация: тот, кто продаёт, [17:42] тот, кто менеджерит, и тот, кто анализирует, то есть аналитик, проджект-менеджер и продавец. У Платона была комбинация: философ, торгаш и воин. Воин, это тот, кто по локоть в крови решает задачи, продавец, тот, кто пошёл, продал, поговорил, деньги забрал, а аналитик, это философ, который сидит и всё это скрупулёзно анализирует, формулирует стратегию и так далее. Мне кажется, что, делая первый бизнес, надо понять, кто ты, может быть, ты можешь совместить две роли, вряд ли три, и найти кофаундера. Но если надо, я могу пойти продавать, если надо, могу [18:31] управлять, то есть мне в целом кофаундер с дополняющими базовыми компетенциями не нужен, мне нужны более продвинутые компетенции, типа эксперт по машинному обучению или обработке естественного языка, что-то более продвинутое. Ключевой момент, это роли, и эти роли в целом стандартны, понятно, что от бизнеса зависит: если это B2B-продажи, важнее маркетинг, эти детали уже можно обсуждать отдельно. А по поводу того, где искать кофаундера, я никогда так вопрос для себя не формулирую. Обычно для меня вопрос звучит так: много ли новых знакомств у меня было в этом году? Если знакомств через нетворкинг, с кем я пообщался, кому помог, с кем поделился [19:19] своими знаниями или попросил совета, было сотни, то я точно знаю, что у меня огромная входящая воронка, в которой так или иначе просеются качественные люди, с которыми в будущем, с какой-то вероятностью, я буду делать бизнес. Для меня стратегия звучит так: много общайся и веди маленькую книжечку, или даже страничку в блокноте, куда ты будешь выписывать имена людей, с которыми ты хотел бы когда-нибудь запустить бизнес. И как только у тебя появится бизнес-возможность или нужен третий кофаундер, ты открываешь эту книжечку, пробегаешь по ней и смотришь, ищет ли сейчас этот человек тоже что-то для себя. Вот, наверное, моя текущая стратегия по поиску партнёров такая. [20:06] Единственное, после последнего проекта я бы сюда ещё добавил, что важна идея, то есть раньше я жил с тезисом, что главное разобраться с кем, а потом можно решить куда. Сейчас я подумал, что уже, наверное, слишком старый, чтобы идти куда попало, надо ещё и понять, куда я иду, и уже потом с кем. Это мой текущий рецепт, хотя точно на разных этапах предпринимательского пути можно выбирать разные стратегии.

Сергей: Супер, Паш, спасибо тебе большое, что поделился. Я бы сейчас, наверное, ушёл немножко в сторону правильного окружения, то, что ты сказал про адвайзеров, нетворкинг, общение с правильными людьми, то есть с каким количеством людей ты познакомился, сильно сформировало то место, где ты сейчас находишься, и твои рекомендации. Давай я сделаю этот переход.

[21:00] Паша: Мы, когда делали этот первый стартап, с кофаундерами-партнёрами вышли из него с разными выводами. Мои партнёры вышли с выводом, что людям доверять нельзя, потому что они, как сотрудники, кинут нас и создадут проблемы, и их последующие бизнесы, из того что я видел, не стали какими-то большими историями, потому что не было доверия и готовности делиться. А может быть, ещё и потому, что я пропустил самую страшную часть нашего кризиса, [21:49] когда было максимально тяжело. Я вышел с другим выводом: надо советоваться с людьми, надо помогать другим людям, потому что это единая цепочка коммуникаций. То есть если я с кем-то советуюсь, я тут же готов кому-то помочь, это как теория и практика: когда ты кому-то что-то советуешь, читаешь курс по своей нише, ты вынужден структурировать свои знания, потому что бессмысленно делиться какими-то обрывками. А когда ты с кем-то общаешься и просишь совета, у тебя появляются новые знания, которые ты можешь дальше применять и получать опыт, который потом можешь структурировать и на его основе обучать других людей. То есть это неотъемлемая вещь, связанная с развитием: если я развиваюсь, мне нужно и помогать, и спрашивать совета. Когда эта история очень органично совпала с моим сознанием, начался мой период, который я называю беспорядочным нетворкингом, когда я просто [22:37] пошёл, особенно в пандемию, это было великолепно: за двадцатый год я сделал 1500 коннекшенов, у меня было в среднем 16 звонков в день, в какой-то день, 24 звонка, максимум по 30 минут, а в какой-то день 10 звонков. Я просто воспринимал это как игру, вроде Dota или Counter-Strike: катка, погнали, типа сейчас как я смогу тебе помочь за 30 минут максимально глубоко, чтобы потом у меня рейтинг подрос, чтобы я мог сказать, что помог уже 3000 или 4000 людей. Это просто про мой характер, я геймер: играл в StarCraft на 1700, в Counter-Strike на 1010, мне просто по кайфу катать ради процесса и ради ощущения, что с каждым годом или месяцем я [23:25] становлюсь лучшим игроком. Начав получать от этого удовольствие, по сути, ты сделал катку и просто кайфанул от игры, я так же начал получать удовольствие от помощи другим людям. Если я искренне помогаю и человек в целом нормальный, порядочный, адекватный, он как минимум меня поблагодарит, эмоционально проявит, что ему всё понравилось. И если я исхожу из того, что этого эмоционального отклика достаточно, чтобы считать катку хорошей, то на этих эмоциях я продолжаю помогать другим людям. И на самом деле именно это стало основой сообщества: за тот период из этих полутора тысяч связей примерно человек 200 присоединились в сообщество, это была первая порция участников [24:14] и та критическая масса, которая в том числе сформировала пул адвайзеров и менторов, которые сейчас помогают комьюнити.

Сергей: Паш, а можно тут немножко в детали копнуть? Вот просто звучит: полторы тысячи звонков, откуда ты этих людей брал?

Паша: Слушай, давай так: я потом уже по нетворкингу сделал людям больше тысячи разборов, я онбордил участников сообщества и заодно разбирал их нетворк. Я заонбордил первую тысячу участников за первые 3 года, а у обычного человека где-то 500 друзей в социальных сетях. Мне кажется, пандемия и онлайн-коммуникация совершили некий сдвиг в [25:04] коммуникации за счёт того, что пообщаться с человеком не нужно с ним встречаться, а встреч я могу сделать максимум пять за день, больше физически не получится, а звонков можно сделать больше. И падает барьер входа: раньше, чтобы кто-то написал мне "чувак, хочу с тобой встретиться", мне нужно было понять, кто это такой, потому что я же приеду на встречу, надо будет с ним поговорить за жизнь, потом уже по делу, то есть ты вынужден фильтровать людей, чтобы не тратить время зря. А в онлайне: 30 минут в Zoom, что-то не понравилось, закрыл звонок раньше. Я думаю, пандемия сделала коммуникации цифровыми, и отсюда начали появляться сервисы и подходы к тому, как расширять своё окружение системно. В [25:54] моём случае я поехал в Америку в девятнадцатом году, начал вести телеграм-блог, собрал там тысячи полторы подписчиков, у меня начал расти круг друзей в Facebook. Я поработал несколько месяцев в фонде, посидел на входящей воронке, потом фаундеры добавлялись в соцсети, это естественно, когда занимаешься продажами, рекрутингом, какие-то люди появляются в твоём окружении, я к тому же много публично выступал, мне это просто нравится, и у меня постоянно кто-то добавлялся в друзья в Facebook. И в пандемию я просто сел и написал всем этим людям, которых лично не знаю: привет, меня зовут Паша, давай познакомимся, вот мой LinkedIn, созвонимся. 60% людей ответили, 30% поставили звонок, и так я получил первых 700-800 коммуникаций, это была абсолютно [26:43] новая гипотеза, и она сработала очень классно. И знаешь, в какой-то момент у меня было по 20 звонков в день с людьми из Facebook, и я думаю: какие крутые люди, как они вообще ко мне добавились. То есть вот такие у меня были ощущения в пандемию, хотя, казалось бы, ты не считаешь себя каким-то крутым предпринимателем, но тут у тебя такой подарок: просто человек добавился и тоже сидит на карантине, и ему тоже кайфово с кем-нибудь созвониться в Zoom.

Сергей: Слушай, очень интересно, а то у меня, понимаешь, просто на прошлой неделе было 30 созвонов, я такой думаю, я красавчик, а ты говоришь 20 в день. [смех]

[27:29] Паша: Круто вообще: если ловить кайф от процесса, ты реально не устаёшь, не физически, конечно, к концу дня ты немного вымотан, но если есть правильная обратная связь и кайф с той стороны, это как выступление на больших аренах перед публикой, тебя это заряжает энергией. У меня такой же эффект. И ещё, знаешь, был момент, я, наверное, сейчас не стал бы этот эксперимент повторять, но тогда это реально было всё новое, так не делали, не было такого нетворкинга, не было столько Zoom-звонков. А мне, как предпринимателю, кайфово быть первым. То есть я точно знаю, что за [28:19] 5 лет было где-то 6000 онлайн-коммуникаций, не так много людей на земле сделали 6000 таких онлайн-коммуникаций. Нужен ментор, а потом думаю: блин, а где такого ментора найти, чтобы у него было 10 000 за этот период? Ну, короче, их нет, и это кайфово осознавать, на старте, когда это делаешь, это даёт дополнительную мотивацию. Ты думаешь: реально, когда катаешь, ты лучший в этом клубе, может быть, и в Москве, может быть, и в России. Мне очень откликается вообще смотреть на жизнь как на игру в хорошем смысле слова, потому что нам иногда не хватает [29:05] геймификации. Почему, например, подкупают онлайн-игры? Там есть ачивки, чёткие метрики, элементы, которые стимулируют двигаться дальше. И вот относиться к бизнесу, к жизни, к каким-то вещам как к ачивкам, это ещё крутая тема, классный лайфхак: взломать свой мозг и изменить подход. Например, привычку бега совместить с чем-то, что даёт тебе дофамин, слушать классную книжку, а после пробежки себя стимулировать чем-то вкусным. Таким образом ты просто немножко это взламываешь, потому что появляется позитивный стимул.

Сергей: Классная идея, Паш, спасибо тебе, что поделился. Расскажи вот ещё, [29:59] как в принципе этот процесс происходил, с какими сложностями ты сталкивался.

Паша: Слушай, на старте вообще всё было весело. Всё началось, если чуть-чуть отматывать, с двух-трёх событий. Я был в Америке, жил в "Добром доме" у Андрея Дороничева, был такой очень популярный репортаж у Дудя, который освещал Кремниевую долину, он собрал 70 миллионов просмотров, и там был сюжет про то, как Андрей делает свой коливинг "Добрый дом" в Сан-Франциско, где живут предприниматели, классное комьюнити. До этого Андрей выступал у Лизы Осетинской, был вторым или третьим героем у неё, и они там вместе со своими друзьями и коллегами говорили, что [30:46] в Кремниевой долине классные комьюнити. Когда я ехал в Америку, я хотел попасть в этот коливинг по ценностям, но у меня не получилось, думаю, может, у меня слишком маленький экзит, как со мной дружить. В общем, не получилось, я не знаю почему, но желание быть в комьюнити во мне естественным образом зрело. Второе событие: я поработал в венчурном фонде пару месяцев, буквально посидел на входящей воронке, поискал сделки в окружении, и меня это в некоторой степени демотивировало: [31:34] надо посмотреть сотни сделок, начать проверять десятки и вложиться в одну, то есть ты реально делаешь очень много работы, чтобы в итоге поверить и помочь одному стартапу. А мне, как человеку, который уже тогда познал нетворкинг, хотелось помочь не одному, а всем. Я подумал: слушай, давай хотя бы чат сделаем, куда я буду добавлять фаундеров, в которых мы не будем инвестировать, но они, может быть, будут присылать какие-то метрики, и через полгодика мы, может, проинвестируем. Я потом это услышал и сделал сам такой чат, [32:24] это стал прообраз нашего гайд-нетворкинг чата. А третий тезис, который случился: я начал готовить свой кейс на O-1, это виза талантов Америки, которая выдаётся предпринимателям, чтобы остаться в Штатах на несколько лет, и там одним из важнейших пунктов являются публикации о тебе, о твоих проектах в медиа. А если мы говорим про русскоговорящих предпринимателей, у нас у всех низкая самооценка и сложно рассказывать о своих успехах, о поражениях, о своём опыте, кажется, что ты недостаточно чего-то достиг. Я где-то полгода провалял эту историю, пока за меня не взялись [33:14] друзья, которые приехали в Сан-Франциско, записали со мной подкаст, мы с тобой, и говорят: давай короче готовь кейс, ты много про нетворкинг говорил, запиши курс про нетворкинг, тоже пойдёт в этот кейс. И там была моя подруга Диана, она продюсер, у неё прямо болело, чтобы все рядом работали, а в Сан-Франциско не очень хотелось работать, там океан, ананасы, каучинг, но мы ходили в коворкинг Amazon бесплатно и начали там готовить кейс. В какой-то момент я понимаю, что у меня на руках курс по нетворкингу, а публикации в медиа помогают расти моему личному бренду. И через какое-то время, спустя примерно 3 [34:02] месяца, несколько моих друзей говорят: Паш, видели, что у тебя классный курс, но нам он не нужен, мы сами это всё знаем, но слышали, что есть чат, в котором классные ребята, которые прошли твой курс, читали тебя, знали твой личный бренд, мы хотим в чат. Я говорю: ну давайте, курс стоил 10 000 рублей, давайте за чат 20 000, как предприниматель, протестируем гипотезу. 20 000? Вообще не вопрос, думаю, получается, что часть моего продукта стоит дороже, чем основной продукт. И мы за неделю поменяли сайт и начали делать сообщество. Не скажу, что создание курса по нетворкингу было каким-то планом, скорее это была не случайность, а что-то, к чему меня подтолкнула жизнь и окружение. То же самое [34:50] про сообщество, меня как будто направили извне, это какое-то русло моей реализации, куда я должен был спуститься. Мне казалось, что я венчурный инвестор, крутой предприниматель, а выяснилось, что я просто нетворкер. Хотя за эти 5 лет мне удалось доказать, что на нетворкинге можно зарабатывать, потому что 5 лет назад, когда ты проводишь 20 звонков в день, тебе говорят: наверное, ты что-то им продаёшь. Ну там что-то за 5, за 10, 15 тысяч рублей, короче, это не было очевидно тогда, но сейчас кажется, что это была моя реализация, [35:39] в которую, к счастью, я попал. И когда случается что-то, что реально должно у тебя получаться, и на выходе есть какой-то результат, мне кажется, что суть в том, чтобы помогать другим людям, взаимодействовать, общаться, и не всегда, но часто я получаю фидбек, что это значимо повлияло на жизнь людей, которые в сообществе состоят. И это круто, даже если это 5, 10, 20, 100 человек, мне кажется, что даже если нету огромных денег или лавров, всё равно классно, [36:28] когда жизнь людей становится лучше.

Сергей: 100%. Здесь такой эффект мультипликатора, эти круги на воде, когда ты кидаешь камень, ты влияешь на небольшую группу людей, но они влияют на других, и это идёт дальше по расширяющейся. А как ты видишь главную ценность сообщества, главную фишку, что это даёт, для чего это нужно людям? В нашем сообществе или вообще в целом, конечно же, и в частности тоже, потому что ты как фаундер сообщества, визионер, ты душа и суть этого сообщества.

[37:16] Паша: Спасибо за такое лестное определение, кажется, что и команда у нас великолепная, которая позволяет всё это менеджерить. Если говорить в целом про сообщества, есть категория сообществ, построенных вокруг лидера, обычно личный бренд, это лидер. Если мы берём не сообщество вокруг банка, а сообщество вокруг какого-нибудь Максима из "Налоги для", прекрасное сообщество, тоже, как и моё, построено вокруг личного бренда основателя. Я думаю, когда ты идёшь просто в рандом-кофе или в какой-то сервис, где ты нетворкаешь, ты сталкиваешься с большим количеством людей и фильтруешь, с кем-то токсично, с кем-то ты хочешь общаться, с кем-то нет. Мне кажется, ключевая вещь, это конверсия в дальнейшую коммуникацию: [38:06] если ты попадаешь в какой-то портал, где хочется с каждым человеком общаться ещё раз, ещё раз и ещё раз, значит, скорее всего, ты попал в окружение людей со схожими ценностями, потому что это в первую очередь является залогом долгосрочной коммуникации, как и выбор партнёра или партнёрши, это всё про одно и то же. Почему работает сообщество: сообщество формируется вокруг ценностей основателя, если основатель прозрачно транслирует свои ценности, приходят такие же люди. И если тебе откликаются ценности основателя, ты автоматически попадаешь в портал с людьми, с которыми тебе, скорее всего, будет комфортно общаться, и в этом плане ты просто экономишь время. Раньше [38:52] нетворкинг звучал так: надо пообщаться со 100 людьми за год, из них адекватными окажутся сколько-то. А если тебе скажут: готов ли ты пообщаться со 100 людьми, из которых 50 окажутся адекватными, но тебе придётся заплатить за это 1000 долларов? Ты думаешь: моё время стоит 200 долларов в час, за 40 часов я сэкономлю, кажется, я бы заплатил и 8000 долларов, сделка, погнали. У меня вот такая юнит-экономика коммуникаций примерно складывается, там есть нюансы, но в целом любое сообщество, это портал в пространство единомышленников, с которыми ты сможешь делать бизнес, запускать стартапы, ездить в регаты, дружить семьями, водить детей в один [39:41] детский сад. То есть это то, что позволяет тебе расширять свой социальный круг. А как мы знаем, куча исследований показывает, что социальный круг в долгосрочной перспективе определяет твоё здоровье, благосостояние, уровень счастья и так далее. И к счастью, с тем контингентом людей, с которым мы работаем, это образованные, адекватные, осознанные люди, которые читают исследования, смотрят на тренды и понимают, что для того чтобы эффективно развиваться в предпринимательском мире или в карьере, им необходимо системно работать со своим окружением, не по принципу "попал в институт, попал на работу, пошёл на танцы и знакомлюсь с кем придётся", а по принципу: мне нужно искать людей моего уровня или выше, с ценностями, которые соответствуют [40:28] моим. Тогда моё окружение будет развиваться, и вместе с ним буду расти я.

Сергей: Супер, Паш, спасибо, что раскрыл, на твоём примере я увидел, как это работает: твоё окружение, эти 8-10, ну 20 близких контактов, они реально формируют тебя в горизонте среднесрочной перспективы, года на два-три, поэтому супер важно быть в правильном месте с правильными людьми. Окей, я бы хотел тебя поспрашивать немножко про, наверное, какие-то сложные периоды, факапы тех проектов, в которых ты выступал как адвайзер, без названия, конечно же, проектов, здесь именно с точки зрения передачи опыта ребятам. Вот про эти сложные, кризисные [41:17] моменты: как вы это хендлили, какие есть выводы, интересные, полезные, которые могут помочь ребятам просто пройти этот путь и момент проще?

Паша: Блин, у меня есть забавная история, которая не совсем отвечает на твой вопрос, но я не могу ей не поделиться: был период, когда я много общался с фаундерами, и мне показалось, Серёг, что они все уставшие, все в дефиците, все в постоянном кризисе. А мы рассуждаем же о том, что моё окружение определяет моё состояние, мой доход, и я в какой-то момент понял: наверное, я бы хотел больше общаться с адвайзерами, инвесторами и представителями топ-менеджмента крупных [42:05] компаний. Поэтому, конечно, я помогал и помогаю фаундерам с радостью, открываю двери к своему опыту и делюсь всем, чем можно. Давай попробую выделить три базовые вещи, которые происходят в жизни начинающих предпринимателей. Самая простая, мне кажется, надо всем набить татуировку на лбу и смотреть в зеркало, она звучит так, без шуток: проблема 70% начинающих предпринимателей, которую они почему-то сами не признают, это экспертиза, точнее, [42:57] её отсутствие. Скорее всего, уровень его продуктовой экспертизы для того, чтобы делать стартап впервые, два из десяти баллов. И я предлагаю фаундеру честно с этим столкнуться, не обманывать себя, сходить к серийному продукту какой-нибудь компании в сообществе, к другу, и попросить фидбек: задавай мне вопросы, чтобы оценить мою продуктовую экспертизу по десятибалльной шкале, и она будет два, скорее всего, может быть, три. Дальше я задаю второй вопрос: а как ты думаешь, какая должна быть продуктовая экспертиза у продуктового фаундера, если честно посмотреть, что получилось нормально, чтобы деньги зарейзить, чтобы метрики собрать, чтобы MVP было сделано не за год? Он говорит: ну, шесть. Я говорю, то есть получается, что ты занимаешься не развитием [43:45] продукта, а покупаешь продуктовую экспертизу на практике: тратишь год и 100 000 долларов не для того, чтобы что-то сделать, а чтобы прокачать свою продуктовую экспертизу и в итоге что-то не очень хорошее сделать. И если с 90% предпринимателей поговорить в точке, когда они ещё не начали делать, они должны делать совершенно другое, не в смысле другой продукт или другой стартап, а поменять свою стратегию запуска: найти директора по продукту к себе в компанию, как кофаундера, найти себе адвайзеров из продакт-менеджмента, которые позволят правильно сформировать гипотезы, сформировать первый MVP и метрики, научат тебя всему этому, либо пойти на курсы по продакт-менеджменту. Убери это, это точно [44:33] получится дешевле, чем ты будешь год пилить плохой продукт: заплати лучше, условно, 200 000 рублей за курс у кого угодно, и тебя научат хотя бы каким-то основам и базам. Это позволит тебе с двойки скакнуть до четвёрки не за 20-50 тысяч долларов за полгода, а за 200 000 рублей. Мне кажется, это такая база, которую надо преподавать ещё в школе, чтобы дети учились продакт-менеджменту и, когда начинали делать свой стартап, были не на двойке, а на четвёрке, тогда значимо повышается вероятность, что получится. Всё остальное, мне кажется, [45:22] производно от этого: когда предприниматель начинает излишне фокусироваться на фандрайзинге вместо наращивания продуктовой экспертизы, он думает: как мне лучше зарейзить? Если у тебя хороший продукт с нормальными метриками, у тебя сама выстроится очередь из инвесторов. Может, это спорный тезис, но лучше с ним жить, чем с тезисом "даже с плохой продуктовой экспертизой я зарейжу деньги", потому что тогда ты будешь учиться экспертизе продукта не за свои деньги, а за деньги инвестора. Кому-то это ок, но, как мне кажется, это вторая распространённая проблема, с которой сталкиваются фаундеры. А третье: когда они попадают в этот стандартный цикл ада, они продолжают много работать и [46:13] выгорать. Что такое выгорание? Когда систематически ты не получаешь результат, на который рассчитывал, а усилия вкладываешь. Отсюда я вижу огромное количество выгоревших фаундеров, которые формируют информационное поле вокруг стартапов, что это какой-то ад, в котором все страдают, у всех проблемы, у всех метрики плохие. Я сейчас, конечно, немного нагнетаю, но фаундеры часто находятся примерно в таком состоянии. А если откатывать назад, Серёж, то проблема в очень простом: хорошая продуктовая экспертиза на старте, и почему я [47:00] обожаю работать с серийными предпринимателями, которые прошли этот путь, потому что они не тупят: они говорят, продуктовая экспертиза плохая, но я знаю, что она, условно, на шесть, а нужно восемь, пойду найду себе CPO как кофаундера, дам ему 20%, и он сделает что-нибудь хорошее. И у тебя неожиданно стартап взлетает, не с 10% вероятностью, а с 40%. Такого фаундера хочется знакомить с инвесторами, инвестор понимает так же, как и то, что наличие кофаундера и серийный предпринимательский опыт у основных участников стартапа является значимой причиной успеха этого проекта.

Сергей: Слушай, это очень интересно на самом деле, я столкнулся с тем, что в американской культуре это считается нормой. То есть если ты зафакапил четыре раза, шанс, что [47:48] тебе на пятый дадут инвестиции, кратно выше. А в советском менталитете, постсоветском пространстве, все думают: да он же четыре раза сгорел, ему нельзя давать деньги, пусть вообще уходит. В Европе, кстати, тоже, почему-то толерантность к неуспеху там гораздо ниже и жёстче. Хотя, по факту, ты абсолютно прав, он этот опыт переварил и принял как свой, шанс успеха у него кратно выше, чем в предыдущий раз. Вот почему так, как ты думаешь?

Паша: Я думаю, это в первую очередь связано с незрелой предпринимательской культурой. То есть предприниматель в России, это кто, мошенник, какой-то авантюрист, аферист. Предприниматель в западной культуре, [48:40] это налогоплательщик, человек, который создаёт рабочие места, человек, который несёт прогресс. И я думаю, что за счёт того, что в западном капитализме сотни лет существует предпринимательская культура, у них появилась зрелость, потому что предприниматели, заработавшие много денег, отдали много в социум, построили школы, церкви и так далее, и отношение к ним соответствующее. А в России получается: если ты предприниматель, то, скорее всего, ты что-то наворовал, отношение такое настороженное, а если ты ещё и накосячил, значит, ты ещё и плохо воровал, что как бы характеризует тебя как человека низкого социального статуса.

Сергей: Я полностью солидарен. Слушай, а меня ещё очень заинтересовал твой третий пункт, про выгоревших предпринимателей. Окей, мы понимаем первый и второй пункт, они более менеджерские, а вот как предпринимателю поддерживать себя, [49:30] чтобы не выходить за эту грань выгорания, что нужно делать, чтобы оставаться в тонусе, в нормальном состоянии, быть энергичным?

Паша: Это вообще, мне кажется, ключевой вопрос на миллиард, а может, и на триллионы долларов. Для меня в первую очередь, мне кажется, одна из миссий сообщества разобраться с этим вопросом, [50:18] как я его для себя формулирую: можно ли создать какой-то большой бизнес, при этом не умерев социально, физически, морально, то есть не потеряв своё человеческое лицо. И сразу же отсюда я делаю вывод, что, наверное, можно, если ты живёшь по многофакторной модели. Если ты живёшь по модели "деньги равно успех", скорее всего, ты забьёшь на здоровье, на семью, на всё, потому что твоя функция привязана к деньгам, это логично. А если ты формируешь многофакторную модель, где успех равно здоровье, социальное окружение, деньги, ещё какие-то моменты, духовное развитие, [51:06] ты, наверное, значимо понижаешь вероятность своих достижений, потому что у тебя нет фокуса только на деньгах. Но с другой стороны, я внутренне ощущаю миссию сообщества в том, что мне хотелось бы, чтобы примеров людей, достигших успеха в этой многофакторной модели, было больше, чтобы мои дети равнялись на предпринимателей не текущего поколения, типа Тинькова, Галицкого. Для меня это не те люди, в смысле, они классные предприниматели, но не те, на кого я хотел бы равняться, я бы не хотел быть с таким же здоровьем, как у них. Хотелось бы, чтобы были предприниматели, которые достигли многого, но при этом жили в многофакторной модели, чтобы у них [51:54] было всё на месте, некий баланс. И мне кажется, даже если сейчас ни одного такого предпринимателя нет, хотя, наверное, если поискать, может быть, основатели "Асконы", "ВкусВилла", не знаю, кого-нибудь из зарубежных, то, мне кажется, существует смысл в том, чтобы помочь такому предпринимателю появиться. То есть если ко мне придёт предприниматель, который такой "бабки, бабки, бабки, Паш, как мне сделать бабки", я скажу, братан, молодец, чем смогу, тем помогу, но, скорее всего, тебе не в наше сообщество. А если придёт человек ищущий, осознанный, интересующийся, готовый пойти в терапию, рефлексировать, разбираться, расти личностно, ходить к какому-то коучу, [52:43] и ему важно сохранить человечность, сохранить баланс, я скажу, братан, ты мне нравишься, я тебе накину инвестора, клиентов, просто потому что даже если я буду свечку рядом держать, мне будет кайфово, что мои дети потом будут опираться на твой опыт, а не на опыт людей, которые потеряли по дороге человечность, здоровье, семью и так далее. И мне кажется, этот тезис немного социальный, социальный импакт, но он наполнен смыслом, я чувствую в нём смысл. Я понимаю, что если у меня уже есть ядро аудитории, которое следит за моими поступками, то они тоже, скорее всего, будут готовы, и мы уже говорим не о том, что я один помог, а о том, что 100 человек готовы помочь, [53:31] и когда сто человек напряглись и помогли, кто-то денег скинул, что-то ещё сделал, вероятность, что получится, повышается. И это по мне классно, я чувствую в этом какую-то движуху, меня это заряжает.

Сергей: Классная мысль, Паш. Знаешь, у меня тоже воспитание такое, мне отец всё время говорил "no pay, no game", отдыхать некогда, и у меня такой паттерн: я себя всегда загоняю в кризис, вкалываю, выгораю, паттерн плохой, надо менять. Я тоже уже к этому пришёл и в общем-то уже ловлю это на ранних стадиях, [54:18] переключаюсь на другие задачи, ввожу спорт, больше времени с детьми и так далее, то есть я для себя нашёл некие модели поведения. Но я всё равно, знаешь, сколько бы я ни работал, особенно когда пилишь стартапы, я не понимаю, как реально соблюдать баланс, то есть настолько много импакта нужно, чтобы проект залетел на старте, а потом на следующем этапе, потом на скейлинге, что я сейчас пытаюсь понять, как сделать так, чтобы это колесо было ровным. У меня получается такое колесо с зазубринами, но чтобы оно было круглым, в первые примерно 5 лет это практически недостижимо. Может, я просто не умею это, мои установки глупые. Интересно твоё мнение: это вообще достижимо в принципе?

Паша: Ну давай так: единорог, что такое единорог? Это сверхмаловероятное событие, которое может произойти в жизни фаундера. [55:08] Давай просто на три поделим и попытаемся найти людей, которые справятся с этим экологично, это первый тезис. А второй тезис: может быть, Серёж, мы с тобой потерянное поколение, в смысле мы же эти трудоголики с детства. А вот возьми сейчас этих двадцатилетних, как их там, миллениалы, зумеры, я не разбираюсь, они реально другие. Я недавно собеседовал парня 21 года, он говорит: слушай, я с 18 лет фотографирую, что-то зарабатываю, половину денег отдаю на психолога. Я такой, типа половину денег [55:55] человек отдаёт на психолога, он с 18 лет три года уже в терапии, и ты думаешь: блин, наверное, он чуть более осознанный, чем я, может быть, у него, конечно, там СДВГ и он в этом скролл-режиме, но есть какой-то контингент ребят, ниша или сегмент, которые не просто более осознаны, чем я или ты, они на порядок более осознаны, и у меня есть надежда на этих ребят. Мне кажется, мы пока такие, как бумеры, которые больше погибали на работе, в корпоративном мире, мы в предпринимательстве погибаем ради себя, они погибали на заводах, как синие воротнички, но мы в какой-то степени тоже несём ролевую [56:43] модель для других: если мы будем пытаться с этим разбираться, я считаю, это уже классный пример для других, они видят, что не все кладут на это здоровье, жизнь и так далее. Даже то, что мы в конфликте, мы в рефлексии, это интересно, как путь героя, интересно видеть драму, кризис и наш путь, потому что это тоже даёт им подпитку и вдохновение, материал для работы в терапии. Поэтому я как предприниматель оптимистично на всё смотрю, мы молодцы, они молодцы, мы что-то там докинули, я в 12 лет был тупее и менее осознан, но это касается не только моих детей, [57:30] один из моих друзей попросил поговорить с его сыном по поводу карьеры, бизнеса, чуваку 18 лет, и уровень вопросов, которые он задавал, я ему давал очень сложные концепты про бизнесы, про web3, про DeFi и вообще про многое, уровень вопросов был такой, что я реально удивился. И в этом смысле я тоже мегапозитивно смотрю на текущее молодое поколение, настолько продвинутые ребята, настолько целеустремлённые, чёткие, что я реально верю, что следующее поколение, может быть, через одно поколение, это будет вообще другой бизнес, другие люди, другие вызовы, мы будем на другом уровне развития, и это очень вдохновляет. [58:19] Сэм Альтман говорил тезис, что в ближайшее время мы увидим первые компании-единороги, сделанные одним человеком за счёт развития искусственного интеллекта. Я думаю, что этими фаундерами будем не мы, может, мы будем инвесторами, может, дай бог, будем фаундерами, но скорее всего фаундерами будут вот эти ребята, которых мы не совсем понимаем, они как-то иначе мыслят: там что-то склеили, что-то написали код, мы уже немного потеряли гибкость, в некоторой степени, я так считаю, к сожалению. Мне, конечно, хотелось бы думать, что я быстро соображаю, быстро [59:08] адаптируюсь, но пока то, что я могу нести, это смыслы. Вот это, мне кажется, наша сильная сторона: мы делаем контент, мы обсуждаем тренды, мы смотрим на мир шире, потому что у нас есть опыт. Но, наверное, юникорн, сделанный одним человеком, создадут люди, которые мыслят иначе, мы, скорее всего, нет. Хотя, знаешь, сколько бы лет терапии ни было, ты от этого всё равно не уйдёшь, просто ты можешь от этого меньше страдать, единственное, это уже слишком глубоко, это на уровне какой-то операционки психики.

Сергей: Абсолютно верно. Слушай, Паш, во-первых, спасибо тебе огромное за [59:55] инсайты. Я бы хотел ещё позадавать несколько интересных вопросов. Первый, который хотел бы тебе задать, про книжки: топ, наверное, три книги, которые очень сильно на тебя повлияли, книжку, которую ты дарил больше всего в последнее время, подкасты, потому что я верю, что сейчас формат обучения немного поменялся, это может быть даже YouTube-формат, просто какие-то ролики интересных авторов, и опять же совершенно неважно, про бизнес или нет, те, которые заставили задуматься, измениться, стать лучше, вырасти. И курсы, офлайн или онлайн, которые ты тоже проходил за последний [60:43] период времени, которые прямо были вау.

Паша: Начну с конца, я вообще, знаешь, какой-то противник образовательных продуктов, видимо из-за того что у меня аллергия с университета, где тебя заставляют учиться. Мне до сих пор, Серёг, снятся кошмары, что я не закончил четвёртый курс. [смех] В общем, короче, у меня аллергия к образованию. Последний курс, который я прошёл и мне понравился, просто потому что тема была интересная, я бы даже книжку прочитал на эту тему, это была история религии, про социализацию, синхронизацию, офигенный курс про иудаизм, буддизм, [61:34] христианство, ислам, классно сделан. И, кстати, раз меня спрашивают, на какие сообщества я ориентируюсь как на референс, христианство, неплохое, в общем неспроста я на него смотрю. Про подкасты, я сейчас много смотрю и изучаю про Штаты, конечно, Джо Роган, Лекс Фридман, это топ-чуваки. Мне хотелось бы когда-нибудь стать кем-то вроде Лекса Фридмана, записать подкасты с такими людьми, как Илон Маск, он же и с Зеленским записал, крутой чувак, вот он производит первое [62:27] впечатление какого-то фрика, а потом ты уходишь вглубь и такой: вау. Понимаешь, это как когда говорят: делай лучше то, что у тебя уже получается, практикуй, становись самым лучшим на планете. Мне кажется, у Фридмана это любопытство: "а что это такое, давай разберёмся", абсолютно вообще мегакайфовый навык, я считаю, он вообще ключевой, навык слушать. Это про подкасты. Ну и из мелочи, там, по-моему, "Дневники SEO" называется, неплохой подкаст на более функциональные топики, мне кажется, Соколовский украл формат, берёт интервью у диетологов, у каких-то спортсменов и классно раскладывает сложные вопросы через [63:16] формат подкаста. Про книги, здесь сложнее. Мне кажется, во-первых, в период, когда я почувствовал себя самым тупым, когда пересчитал деньги, я тогда начал много читать, а денег не было, был книжный магазин на Воздвиженке в Москве, круглосуточный, где можно было читать книги в кафе, не покупая, и я приходил раз в неделю прочитывать книгу, где-то за полгода прочитал книжек двадцать про бизнес и понял для себя одну важную вещь: читать только то, что сейчас для тебя актуально. Мне сложно сказать, есть, знаешь, Джим Коллинз, "От хорошего к великому", обязательно прочитать, да, [64:04] но какая разница, если сейчас ты нанимаешь людей, у тебя горит с интервью, бери книжку по рекрутингу и читай её, потому что ты будешь читать её взахлёб, с заметками на полях или в тетрадке будешь выписывать себе план действий на завтра. Я всем рекомендую исходить из своего текущего запроса и искать литературу на эту тему.

Сергей: Паш, спасибо большое. Кто для тебя сейчас является ментором, наставником, ориентиром, у которого ты учишься строить свою текущую компанию и себя как личность? Это может быть не один человек.

Паша: Проблема, Серёж, знаешь, у нас же есть курс "гуру без сапог", я потом думаю, боже. [64:55] У меня много людей, кто меня консультирует, даже вот мы по Twitter созваниваемся, есть какой-то узкий функциональный вопрос, я иду и мне люди раскладывают, за советом я много хожу. Но чтобы был человек, у которого больше коммуникаций, чем у меня, кто находился бы в такой же жизненной позиции и делал примерно то же самое, но на порядок больше, с учётом моего большого окружения я таких людей найти не могу. Мне это стало понятно ещё года три назад, и я просто понял, что, наверное, ментора у меня нет. Есть люди, за которыми я наблюдаю, мне нравится, в какой-то степени для [65:44] меня это некая ролевая модель, классный чувак, конечно, мы все смотрим на Илона Маска, этот человек с Tesla разбирает американское правительство, институт, который 300 лет существовал, бюрократию, говорит, что надо прийти и всё это разгрести. Я не хочу лезть в политику, но я тут немножко посмотрел и, если честно, впечатлён тем, насколько глубоко они копнули, [66:30] интересно, что из этого выйдет. А ещё вице-президент, который приехал в Европу и там всех раскритиковал, это, конечно, что-то новое, такого раньше не было: когда предприниматели, бизнесмены уходят и становятся первыми лицами государства. Либо их сейчас всех сметут, либо они сделают что-то космическое. Я, на самом деле, больше смотрю на второй вариант и думаю, что есть шанс сделать реально что-то новое. Если смотреть на Джо Рогана, сейчас он реально берёт интервью у политиков, у крутых людей, до него дошёл чувак, который критикует американскую систему, он всё разложил со скриншотами, и [67:18] понимаешь, что аудитория Рогана, это сотни миллионов людей, сейчас это медиа круче, чем любой канал, по сути огромная медиаимперия. Он приходит и задаёт вопросы, адекватные, неприятные, поднимает темы чаще, и мне нравится, как они рассуждают: если бы, например, Камала Харрис пришла к ним на интервью, у неё бы за 40 минут закончились стандартные ответы. И ты думаешь: блин, это же так просто, если человек не настоящий, надо просто привести его на трёхчасовой подкаст, и у него закончатся заготовки, невозможно подготовиться к такому интервью. Я бы хотел когда-нибудь так же, я вот тоже пишу подкасты, сделал штук 50, это не 2500 у Рогана и не [68:10] 10 000 у Фридмана, но мне хотелось бы делать их больше, потому что это тоже навык, это реально скилл, неспроста у Рогана всё так классно получается, он делает это систематично, это скилл уже на уровне какого-то бога. И это не выглядит сложно, понимаешь, просто делаешь подкаст, есть студия.

Сергей: Ты очень важную вещь в процессе нашего диалога сказал, что ты ловишь кайф от момента, и мне кажется, это ключевое: если ты с этого начинаешь ловить кайф, ты реально можешь стать номером один где угодно, ты не будешь вторым. Главное, не вестись на социальные [68:59] ограничения, установки.

Паша: Потому что я думаю, если бы Рогану на 150-м подкасте сказали: какое-то ты делаешь, друг, пишешь подкасты, которые не монтируются, три часа, ты что, не смотрел в YouTube, на каком моменте отключаются люди от подкаста, он бы сказал: срать, я хочу писать так, как хочу, буду писать три часа, и просто дожал, и это стало орудием медийным, которым они, в том числе, прошили демократов и смогли через свои медиа распространить, не то чтобы правду, наверное, они тоже что-то приукрашивают, но что-то намного ближе к правде, чем распространяли демократы. Это вообще великолепно, то есть он сделал медийное орудие, которое вместе с Twitter, по сути, уникальное, его можно вообще отдельно взять и [69:48] разложить, потому что это что-то, чего раньше не было никогда, даже в первый раз это было, но масштаб этого не сравнить, там тоже свой кусочек пирога.

Сергей: Паша, спасибо тебе огромное за классное интервью, за кучу глубины и искренности, безумно рад был тебя видеть, надеюсь, что вскоре пересечёмся, я всё-таки доеду как-нибудь до Бали, договорились уже с несколькими людьми. Спасибо тебе, Паш.

[70:43] [музыка]